С каждой минутой нервы Джонса все более напрягались, и он уже начал сомневаться, следует ли упоминать о странном собачьем визге, ради чего он сюда и пришел.

Замогильно звучавший бас Роджерса едва не ломался от его возбужденной, лихорадочной скороговорки.

— Ты помнишь, — воскликнул он, — что я тебе говорил о том городе-руинах в Индокитае, где обитал Тхо-Тхос? Ты должен был поверить, что я в самом деле был там, когда я показывал тебе фотографии, пусть даже ты подозревал, что длинное тело, плавающее во мраке, сделано мной самим из воска. Если б тебе самому довелось увидеть его извивающимся в подземных озерах, как видел его я. А то, о чем я говорю сейчас, еще больших размеров. Никогда не упоминал о нем при тебе, потому что хотел изготовить оставшиеся его части, чтобы выставить на обозрение все целиком. Сейчас ты увидишь фотографии и поймешь, что подделать само бывшее местоположение его невозможно, к тому же я имею возможность и другим способом доказать, что это вовсе н ... Читать дальше »

Значит, сейчас она распахнута, и в расположенном за ней помещении горит свет. Уже давно занимающие его ум соображения о том, куда ведет эта дверь и что находится за ней, заклубились в душе его с утроенной силой.

До самых шести часов Джонс все бродил и бродил бесцельно вокруг мрачного места, но потом повернул ко входу в музей, чтобы все-таки повидаться с Роджерсом. Едва ли он осознавал отчетливо, почему вдруг ему захотелось именно сейчас встретиться с угрюмым, недобро глядящим человеком — может быть, как раз из-за этих странных фактов, внушающих самые тяжкие подозрения: необъяснимого, не имеющего определенного источника собачьего визга, загадочного света в проеме таинственной двери с тяжелым висячим замком... Когда он появился в музее, служители уже готовы были уйти, и ему показалось, что Орабона — смуглый, с чертами чужеземца, помощник Роджерса — глянул на него словно бы с затаенной, подавленной усмешкой. Взгляд этот неприятно поразил его, хотя, впрочем, Джонс помнил, что д ... Читать дальше »

Но если мистер Джонс желает увидеть мистера Роджерса, то сможет найти его здесь незадолго до закрытия музея. Взобравшись по старым каменным ступеням, Джонс вышел наружу и на сей раз более внимательно обозрел убогое окружение музея. Покосившиеся, ветхие дома — прежде жилые, а теперь большей частью обращенные в лавочки и склады — поистине были древние. Некоторые из них, напоминая о временах Тюдоров, завершались остроконечными крышами, и над всей округой висела тонкая, миазматическая вонь. Рядом с мрачными строением, подвал которого занимал музей, виднелась низкая арка ворот, откуда начиналась темная, выложенная булыжником аллея, и Джонс двинулся по ней в смутном желании обследовать двор позади рабочей комнаты — мысль о собаке не давала ему покоя. Двор был бледно освещен поздним предвечерним светом и огорожен со всех сторон глухими стенами, внушающими неопределенную угрозу и еще более угрюмыми, нежели обшарпанные фасады старых зловещих здания, тесно сгрудившихся вокруг музея.

... Читать дальше »

Не боясь быть осмеянным, Роджерс исподволь внушал Джонсу мысль, что далеко не все эти дьявольские диковины сотворены человеком.

И только совсем уж откровенный скептицизм и насмешки, которыми Джонс отвечал на эти бездоказательные притязания нового своего знакомца, нарушили быстро нараставшую сердечность их отношений. Роджерс — это было ясно — воспринимал себя в высшей степени всерьез, он вдруг обратился в обиженного угрюмца, терпящего присутствие недавно еще желанного приятеля лишь из упрямого стремления рано или поздно разрушить стену вежливого и благодушного недоверия. Пре встречах по-прежнему звучали замысловатые россказни и таинственные намеки на ритуалы и жертвоприношения в честь чудовищных Властителей Древности., но все чаще вконец раздосадованный Роджерс подводил своего гостя к одному из самых жутких монстров в отгороженной части зала и сердито указывал на те его черты, какие трудно было соотнести даже с самыми искусными образцами человеческого мастерства. Побуждаемый ... Читать дальше »

И Джонс более не удивлялся тому, что многие полагали Роджерса маньяком.

С каждой встречей — а они через несколько недель вошли в привычку и сделались оживленнее — Джонс находил своего нового знакомца все более общительным и склонным доверяться гостю во всем. С самого начала владелец музея не скрывал неординарности своих убеждений и деятельности, а со временем чрезвычайно странными стали казаться и его рассказы, экстравагантность которых, даже подтвержденная столь же диковинными фотографиями, производила почти комическое впечатление. В один из июньских вечеров Джонс принес с собой бутылку превосходного виски и принялся щедро потчевать им хозяина; тогда-то впервые и завязалась поистине безумная беседа. Бывало, что и прежде Роджерс рассказывал достаточно дикие истории — о каких-то таинственных экспедициях в Тибет, в глубину Африки, в аравийские пустыни, в долину Амазонки, на Аляску, на малоизученные острова в южной части Тихого океана; вдобавок ко всему он утверждал, что проче ... Читать дальше »

В некоторых из этих фигур угадывались ужасающие пародии на привычные для взгляда человека формы органической жизни на земле, другие же, казалось, были навеяны кошмарными сновидениями о далеких планетах и галактиках. Многое могли бы здесь подсказать фантастические полотна Кларка Эштона Смита, но даже и эти аналогии не позволили бы приблизиться к эффекту острого, пронзительного ужаса, внушаемого гигантскими размерами чудовищ, сатаническим мастерством исполнения и поразительным искусством осветителей. Стивену Джонсу, слывшему знатоком-любителем всего причудливого в искусстве, захотелось поговорить с самим Роджерсом, и он нашел его в довольно запущенной комнате — одновременно служащей и конторой, и рабочим помещением, — расположенной позади сводчатого выставочного зала и скорее напоминающей склеп; скудный свет проникал в нее сквозь пыльные щелевидные окна, пробитые горизонтально в кирпичной стене на одном уровне с древним булыжником заднего двора. Здесь реставрировались утратившие прежн ... Читать дальше »

Говард Филлипс Лавкрафт, Хезел Хелд

Ужас в музее

То, что впервые привело Стивена Джонса в музей Роджерса, было всего лишь праздно-ленивым любопытством. Ему сказали, что в просторном подвале за рекой, на Саутварк-стрит, выставлены восковые штуковины не в пример пикантнее любых страшилищ, какие завела в своем музее небезызвестная мадам Тюссо — вот он и забрел туда в один из апрельских дней, дабы самому убедиться, какая это все чушь. Однако, странное дело, вышло иначе. Как ни крути, поглядеть тут было на что. Ну, само собой, не обошлось без всяких кровавых банальностей вроде Ландрю, доктора Криппена, мадам Демер, Риццо, леди Джейн Грэй, бесчисленных изувеченных жертв войн и революций, а также монстром наподобие Жиля де Реса и маркиза де Сада; при всем том кое-какие экспонаты заставили Стивена дышать учащенно и более того — пробыть в зале до той самой минуты, когда зазвонил колокольчик, возвестивший о закрытии музея. Да, человек, собравший такую коллекцию, не мог быть ... Читать дальше »